Давно уже хотел я с ним как-нибудь по-взрослому развлечься. Ну, так чтобы шарахнуть, чтобы сердце остановилось, а потом загудело сильнее, чем в солярии. И вот, решил я все-таки его приколоть, братаны, что мне делать?
Ну, да, у меня тут закладки хорошие завалялись, и решил я прикупить парочку побольше. Никогда в жизни не пробовал, но слышал, что довольно прикольно. Отправился я в свою тайную лабораторию, чтоб побаловаться с веществами.
Готово! Теперь осталось Мишку заставить съесть этот трэш, когда он в никуда не глядит. Вот тут-то и пришла в голову гениальная идея – а не взять ли нам каршеринг, чтобы поездить по нашему прекрасному городу и совершить глупость вместе?
Позвонил я и заказал машину на полдня. И вот уже подъехала она – красавица какая-то, майка настоящая машина лебедка. Включил двигатель, нюхнул эфедрин, и поехали мы с Мишкой наш увеселительный тур! Мишка, чувак, веди себя нормально! – кричал я, когда мы прокатывались по узким улочкам города, а я при этом сидел на крыше машины. А чо, весело же! Какие наркоманы, такие и их родители.
Мишка, бедолага, поддавался на все мои уговоры, особенно после того, как я рассказал ему о нашей закулисной операции с закладками. Он и сам ставился раз в год на какой-нибудь говно, а вот на метадоне еще не пробовал. И почему бы не начать прямо сейчас, в нашем путешествии? И вот настал момент истины. Втихомолку я сунул ему марлю с наркотиком в рот, а сам продолжал гасить по городу. Мишка казался довольным, даже не заметив, что я сказал ему про закладки. И тут поппер трэша! Мишка начинает смеяться громко, как будто его кто-то приколол электродом. Я еле-еле успокаивал его, тем более вожу по городу, а наркоманы, как известно, трэш предлагать – это равносильно «заключить договор на очень странных условиях».
Так, братаны, надо дозу контролировать. Вдруг нас кто-то повалит за рулем, а мы тут выебаны сидим!
В общем, и так прошел наш безумный день. Ну, а Мишку я отвез домой, сделал его последнюю закладку на этот вечер – хлам в его сумасбродную голову. И сам доволен, что научил своего дурочку мира городского. Ну, и возьму я опять каршеринг на следующий раз. Ведь, чуваки, такие истории как у нас – это же кайф! Все эти попперы, закладки, говно... какие у нас слова, братва. На этом пока всё, ребята. До встречи, когда снова в городе заблудимся!
Сцена, свет, музыка — воздействие было охуенное. Меня охватило волнение, и я чувствовал попперс норовящий в нос защемиться. Я был не в себе, братаны!
И вот, наконец, я на сцене, и ведущий начинает со своими вопросами. Ну что я мог отвечать, откуда знал, но все равно трясло охуительно! Всем было пофиг, тусовка хер знает кто, но надо же показать свою персону, ведь я тут только для метадона пришел! Закладки на работе, мания пыряться все время, фигачить и закручиваться вечерами — вот моя жизнь, пацаны! Чуваки, ну такое, но я уже в такой делирии, что все равно, что будет дальше. Хоть такое, хоть сякое, все равно я залетел на ток шоу!| Каждый участник представлял свою историю мизерного успеха, а я тут с моими наркотиками из жизни лоха! |
А еще добавьте сюда охуительные ощущения от метадона. Пиздец, чуваки, это такая дозняк! Ты только представь — ты взял эту гадость, залезла она в тебя и начала действовать. Кажется, что ты на седьмом небе, космос открыт для тебя! Но реальность не та, и ты входишь в дурдомный круговорот, из которого не выбраться. Не попадайтесь на глупые ток шоу или прочую хуйню, которая только уничтожает вашу жизнь! Но кто я такой, чтобы кого-то убеждать? Хуй знает, пацаны, может, вы уже в эти закидоны ушли, а я тут болтаю глупости. Все эти залеты, трава и попперс — это все пустая муть, которая ничего хорошего не дает. Мне хотелось вскрикнуть всем вокруг, чтобы они поняли, что дно дна уже несколько этажей ниже. Но кому это интересно? Так что, дружище, подумай о своей жизни и о своем будущем, прежде чем пыряться в эту глупую игру. Она не стоит того. Я упорно пытаюсь сделать это, и надеюсь, что когда-нибудь мне удастся выбраться из этой жопы.
А пока что я тут, с закладками в кармане, пыряюсь в нос и понимаю, что я — всего лишь еще один наркоман-рэпер, который потерялся в этой чертовой игре.